Ксандр вскидывает бровь. Лед подо мной трескается. Вышло довольно стервозно, а я должна быть жалкой и прилипчивой.

Да, вот такая отвернет Ксандра. Заискивающая, та, которая выпрыгнет из трусов, чтобы понравиться ему.

Он же Альфа, а я тут про свои ожидания ему говорю. Совсем обалдела, что ли?

Но у меня не получиться быть угодливой и приторно воссторженной. Тогда, может, вызвать у него отвращение?

Однако я Валира совсем не уродина.

Я могу сказать, что писаюсь по ночам, но это глупость полная, потому что недержание давно лечится операциями и вживлением имплантов. Сейчас даже старики не страдают таким недугом, если у них, конечно, есть деньги.

Замираю, когда чувствую под юбкой горячую ладонь, что стискивает мою правую ягодицу, и слышу шепот Зорала:

— Признайся, ты где-то тут? В ком ты спряталась, Тэя?

— Я все еще жду твоего ответа, — Ксандр ковыряется острым кончиком шпажки в зубах.

— Какого? — голос у меня сдавленный и хриплый.

— Чего ты ждешь от мужа.

Задерживаю дыхание, потому что пальцы Зорала касаются колечка мышц между моих ягодиц. Давят и проскальзывают в анус.

— Где ты, Тэя? Подай мне знак.

— Я жду от мужа любви и верности, — сипло отвечаю я. — Я должна быть… Должна быть для него единственной.

На секунду я теряюсь в пространстве и времени, и вижу перед собой ухмыляющуюся рожу Зорала, чьи пальцы проскальзывают в меня глубже.

— Привет, детка, — расплывается в улыбке.

Меня рывком возвращает в малую гостиную, и я медленно моргаю, прикусив язык.

— Любви и верности? — повторяет Ксандр. — Валира, хорошее желание, но ты забываешь, что у нас тут в первую очередь стоит вопрос о выгоде.

Он не заметил того, что меня на секунду не было с ним? Ладони вспотели.

— Я жду от брака того, что я приумножу свое состояние, получу новые выгодные договоры, а твой отец — внуков с сильной кровью, — Ксандр разочарованно вздыхает. — Брак для меня — сделка с твоим отцом. Точка. И твое согласие или несогласие на эту сделку никого не интересует, на самом деле. Если я решу, что ты подходишь на роль жены, то ты ею будешь.

Тон у Ксандра ровный, тихий и отстраненный, и это пугает меня похлеще его ярости, которую он показал мне в камере.

Я подхватываю бокал вина, чтобы скрыть панику.

— Тэя, предлагаю уединиться, — вибрирует голос Зорала в голове, и я чувствую свою ладонь на его ширинке.

Я сжимаю его твердый член сквозь тонкую ткань брюк, и бокал в моих пальцах трескается и с хрустом раскалывается.

28. Глава 28. Синяя Эйфория

— Госпожа, — ко мне кидается Валис.

Я не чувствую боли. Вижу только кровь и осколки на раскрытой ладони.

— Госпожа, — повторяет Валис и торопливо опускается передо мной на колени.

Ксандр даже не дернулся.

Сидит себе и скучающе смотрит на мою руку, с которой ручьями стекает кровь.

— Как же так получилось, — шепчет Валис.

Придерживая одной рукой мою ладонь, он аккуратно вытягивает тонкие осколки, а я возмущенно обращаюсь к Ксандру:

— Ваше равнодушие, Альфа, впечатляет.

— У тебы есть старый верный песик, — Хмыкает Ксандр. — И я бы не моим равнодушием был бы озабочен, Валира.

— Чем же?

На последнем осколке я вздрагиваю от боли, прикусываю губы и медленно выдыхаю. Валис прижимает к моей ладони платок, который пропитывается кровью.

— Твой папуля не говорил мне, что ты наркоманка, — смотрит на меня не моргая. — Твоя кровь смердит, Валира.

Я улавливаю напряжение Валиса.

— Балуешься нейростимуляторами? — Ксандр прищуривается. — Мммм… — тянет носом воздух. — Кажется, это… синапсолус, да? Хотя вы, торчки, его называете иначе. Синяя эйфория.